01:35 

JonSnow4
jonsnow4wolf@gmail.com
..А за окном бархатным покрывалом уже ложилась ночь...

Мокрые пряди плетьми били по распаренной коже оголенной спины. Усевшись в кресло, он по привычке уместил ноги на своем рабочем столе. Нагнувшись, извлек из ящика ватные тампоны, черный лак и жидкость для его снятия. С омерзением открыв колпачок, Антуа осторожно втянул в себя ядовитый запах. Сморщившись от ощущения того, как отрава проходит по его легким, он принялся красить свои заостренные ногти. Аккуратно, затаив дыхание, боясь напартачить и вымазаться в этом черном глянце, парень провел кисточкой по ногтевым пластинам, невольно любуясь своими длинными, бледными пальцами, как у музыканта.
Закончив, он так же аккуратно закрыл колпачок и замахал руками, ожидая высыхания лака. Даже не задумываясь о том, чтобы убрать вещи на свои места, Антуа который раз пожалел о сломанном фене, не обращая внимания на чудовищный бардак в своей квартире. Отсчитав несколько минут и, удостоверившись в том, лак не смажется, он встал и снова ушел в ванную. Откинув волосы назад, он взял черный карандаш и такого же цвета тени. Проведя контур глаз, он щедро вымазал веки тенями. Пойманная случайным взглядом тушь полетела в мусорную корзину - он не любил красить ресницы и брови. Тем более тушь не его, а рассеянного друга, с которым он недавно основательно поругался.
- Ты все время красишься и одеваешься, как гот. Не надоело? Ты уже не подросток.
- Иди и лечи мозги малолеткам. Но не мне.
- Знаешь, ты аморальный тип.
- Кто бы говорил.
- Я уже завязал с этим.
- Правда? Ну и катись к черту.
- Что, прости?
- Проваливай, я сказал.
Он закрыл дверь перед самым носом ошарашенного блондина, матерящегося на весь подъезд.
И все. Больше они не разговаривали. Примерно с месяц, а домой "аморальный тип" вернулся только вчера, после продолжительной гулянки в особняке у подруги.
Довольно оглядев свое скуластое лицо, он вышел в зал. Осторожно натянул на себя черную футболку, с изображением оскалившейся пасти волка, а после кожаную куртку, поверх футболки. Отыскав коробку с различными шипастыми браслетами и прочими подобными аксессуарами, он извлек три когтя, тут же напялив их на пальцы. Дальше был толстый браслет, с металлическими заклепками и, естественно, шипами. Достав длинную цепочку, Антуа нацепил ее на джинсы. Три разные сережки в одно ухо и две в другое.
Расчесав уже высохшие волосы, он прошел в коридор и достал длинные сапоги на платформе. С цепями. С шипами. Красными шнурками на черном фоне типичного кожзама. Но такими родными, до слез. Кажется, они служат ему уже четыре года, несмотря на его проклятия по отношению к занудной шнуровке. А что поделать? «Терпи казак, атаманом будешь» - мелькнуло у него в мозгу, пока он пять минут одевал боты.
Оглядев себя в зеркале шкафа, он довольно улыбнулся, прожигая собственное отражение взглядом изумрудных глаз. В одной книге он вычитал сравнение с шартрезом, таким же зеленым морем, и теперь он всегда сравнивал свои глаза с цветом этого ликера. А ведь, если подумать, от его чарующего взгляда пьянеют не хуже...
Он прекрасен и ему плевать на чужое мнение. На выговоры за задержки квартплаты, на сплетни согбенных старух о его нетрадиционной ориентации. Вообще он не гей, а би, потому что иногда ему хотелось разнообразия. И в этом он не видел ничего страшного и противного, даже наоборот. Антуа возвращался домой глубокой ночью и глубокой ночью уходил. Бывало, что его месяцами не было дома. Он поносил курящих соседей сверху за то, что они портили запахом курева утро и не выслушивал их колкие ответы. Ему была глубоко параллельна их серая рутина жизни, как и они сами.
Закрыв за собой дверь, он вытащил телефон, наушники, и быстро всунул проводник в отверстие. Надавив на железную входную дверь, парень вышел на улицу, оставляя позади изукрашенный похабными записями не доросших до 18 отморозков подъезд, и не слыша противного скрипа двери.
В лицо ему ударил холодный ветер, которому он с наслаждением подставил лицо. Не глядя нажав на плэйлист, Антуа двинулся в ночь, слушая вовсе не готскую песню, задумываясь обо всем и ни о чем, уже находясь на грани реалей и иллюзий, тихо подпевая женскому, дерзкому голосу:
- I don't like when people call me insane, i don't like when people forget my name, i don't like when people eat from my plate.
I feel hate...

URL
   

Дезертировская обитель

главная